Шестой год под следствием

…находится сотрудница Пензенского НИИСХ. За что?

Лев Трапезников:

Прошу СК, ФСБ провести проверку в отношении бывших следователей ФСКН

Итак, я продолжаю тему кандидата наук и сотрудницы Пензенского НИИСХ Ольги Зелениной, оказавшейся на скамье подсудимых по воле следователей ФСКН, которые смогли хитроумно выдвинуть против нее обвинения, назвав ее проект научного письма ни чем иным, но как «пособничеством преступному сообществу».

В своей ранней статье об этом деле я отмечал, что само обвинение, предъявленное Ольге Николаевне, абсурдно и является насмешкой над самим законом.

Да, следствие настолько извратило факты в деле О.Н. Зелениной, что, очень похоже, за голову теперь схватились и прокуроры, и судьи. Так, органами того самого славного и прокоррумпированного ФСКН уголовное дело в отношении ученой возбуждено было в сентябре  2012-го года, в Московский городской суд это дело было направлено в августе 2014 года, а уже принято к рассмотрению по существу оно было лишь в сентябре 2016 года.

И вот на этом «бесконечном» уголовном процессе, длящемся уже шестой год, выясняется, что в ходе следствия по делу Ольги Зелениной допущена масса нарушений следствием, а значит, здесь я могу говорить о том, что все действия ученой были «натянуты» следователями на состав преступления. Что значит «натянуты» на состав преступления?

Поясню, конечно…. Бывшие следователи ФСКН сформировали все обвинение в отношении Ольги Зелениной на основе заявлений, которые сегодня обвинение доказать не в состоянии.  Всю несостоятельность работы следствия я выложу в конце своей статьи.

Так, обращаясь к работникам прокуратуры, скажу, —  вы же все юристы и вы понимаете, что состава преступления в действиях ученой Зелениной нет.

Однако, и я также понимаю, что прокуратуре необходимо дальше вести это дело в суде. Работа у прокуроров такая, — ничего не поделаешь. Для начала я предлагаю рассмотреть читателю некоторые моменты из материалов этого дела.

Смотрим, — вот такая цитата имеется в материалах уголовного дела:

— «Зеленина О.Н., не являвшаяся членом преступного сообщества, оказывала содействие его деятельности, способствуя созданию условий для совершения преступлений, а также обеспечению безопасности, минимизации риска разоблачения участников и руководителей преступного сообщества, составила в интересах Шилова С.Я. и руководимого им преступного сообщества и предоставила ему разъяснительное письмо № 275 от 29 сентября 2011 года от имени Государственного научного учреждения Пензенский НИИ Сельского хозяйства Россельхозакадемии, должностным лицом которого являлась, выполненное на официальном бланке учреждения, содержащее недостоверные наукообразные обоснования безопасности ввозившихся и распространявшихся семян мака, содержащих наркотические средства, их соответствия действующим стандартам для семян пищевого мака, невозможности их использования в незаконном обороте, дала оценку заключениям химических судебных экспертиз, проведенным правоохранительными органами, умышленно, в интересах Шилова С.Я. поставив под сомнение достоверность и обоснованность их выводов о наличии наркотических средств».

Однако, преступный сговор между Шиловым и ученой Зелениной не доказан следствием, и потом, — разъяснительное письмо № 275 от 29 сентября 2011 года, составленное ученой Ольгой Зелениной, подписано было директором НИИСХ, что полностью исключает, на мой взгляд, виновность Ольги Николаевны. Кроме того, сама Ольга Николаевна так говорит об этом:

— «Они меня обвинили в том, что я дала заключение, что в партиях предпринимателя Шилова нет наркотических средств. А потом узнали (ФСКН – прим. Лев Трапезников), что закон не обязывает предпринимателя предоставлять такие заключения. Прочли еще раз письмо института и поняли, что мы семян Шилова никогда не видели, а опирались лишь на литературные данные и заключения эксперта ФСКН».

Кто такой Шилов? Кратко рассказываю для непосвященных….

В  сентябре 2010 года на Брянской таможне были  задержаны две партии пищевого мака общим весом в 42 тонны, которые принадлежали предпринимателю Шилову, занимавшегося импортом в Россию бакалейной продукции. Эксперты ФСКН обнаружили в пищевом маке следы тебаина. Товар арестовали, возбудив дело о покушении на контрабанду… наркотических средств. Шилов, сделал запрос в Пензенский НИИСХ по поводу правомерности вывода эксперта о содержании наркотических средств в пищевом маке. Указанный научный институт в России занимается вопросами селекции мака и проводит анализ наркосодержащих растений. Руководство института поручило написать проект ответа Ольге Николаевне Зелениной — заведующей химико-аналитической лабораторией. Ответ был подписан директором института спустя год после пресечения «контрабанды».  Вот и вся история про пособничество преступному сообществу.

Да, Ольга Николаевна подготовила проект письма  №275  о содержании сорной примеси и наркотических веществ в пищевом маке, сделав свои выводы на основе последних научных данных об этом растении.  С научно обоснованными фактами разве можно поспорить? А вот из выводов ФСКН получалось, что Пензенский НИИСХ оказывает пособничество контрабанде наркотиков и их сбыту.

Всему научному институту не вменить обвинение, а вот отдельному его сотруднику, который к тому же очень мешает следователям ФСКН своей принципиальной позицией, такое обвинение вменить было возможно. Принципиальной позицией?

Да, ведь Ольга Николаевна на научных совещаниях и конференциях заостряла внимание на том, что ФСКН возбуждает уголовные дела в отношении предпринимателей, торгующих  пищевым маком. Она открыто заявляла, что законодательство РФ в области макосеяния и коноплеводства не совершенно. И вот после такого очередного выступления в 2012-м году на Первой научно-практической конференции «Состояние коноплеводства в России, проблемы и перспективы развития»,  на которой присутствовал генерал ФСКН Архипов, ученая была арестована. Спустя 40 дней после конференции была арестована, — как раз хватило времени следователям ФСКН для того, чтобы «состряпать» на нее дело, используя проект письма Зелениной, который она  готовила аж в 2011-м году.

Здесь я бы еще пояснил, что в России с 2010 года действует Технический регламент Таможенного союза, который не предусматривает никаких ограничений естественного содержания наркотических веществ в пищевом маке. Никаких лимитов  содержания наркотических средств  сегодня не предусмотрено законодательством. Также добавлю, что  хотя в ГОСТ Р 52 533 в 2010 г. был внесен пункт «Содержание наркотических средств не допускается», он должен был вступить  в силу лишь после утверждения  Правительством РФ  методики определения количественного содержания наркотических средств в пищевом маке. Такая методика разработана не была. И этот пункт, так и не вступивший в силу, был исключен из ГОСТа в 2013 г.

Однако, как бы не фантазировали законодатели, но в пищевом маке всегда имеются доли (тысячные, стотысячные или даже миллионные) процентов морфина. Это научно доказано и это не отрицала сама ФСКН. Никто из ученых этот бесспорный факт не отрицает. И если вы завтра скажете какому-нибудь ученому химику, что есть такие, якобы, сорта мака, которые не содержат морфин, то он вам, этот ученый рассмеется в лицо. Рассмеется, – это еще вежливо, а вот подумает он о вас, что вы неграмотный дурак. А также он вам объяснит, что в маке имеются тысячные доли процентов этого самого наркотика, а потому, чтобы вам опьянеть от него или, так скажем, впасть в эйфорию – необходимо будет съесть мешок. Мешок  мака купить можете? А съесть? Нет!

Здесь же я выставлю мнение юриста, правоведа Александра Владимировича Смирнова, который сам лично много занимался маковыми делами. Вот что он говорит:

— «Она (Зеленина О.Н. – прим. Лев Трапезников) написала, что семена мака (пищевой мак) всегда содержат микропримеси иных частей растения Мак, и что из этой микропримеси невозможно изготовить достаточное количество вещества, способного замутить сознание. Это два убийственных для ФСКН ответа…  Ведь на вопрос, почему в продаже по стране находится пищевой мак, ФСКН безапелляционно утверждала: он абсолютно чист от примесей, мы проверили его! А еще в том, что ФСКН устами ее главных руководителей утверждала, что из одной пачки пищевого мака можно запросто изготовить до десяти наркодоз! И в это вся страна верила, власть верила, Путин верил. А Зеленина своими ответами могла подорвать эту веру».

А вот мнение юриста «фонда Андрея Рылькова»  Михаила Голиченко, который в данный момент проживает в Канаде:

— «Все жалобы и обращения к прокурорам, в суды, к Президенту на незаконное и необоснованное уголовное преследование не привели к прекращению дела, несмотря на то, что с юридической точки зрения обвинение совершенно несостоятельно. Несостоятельность применения конструкции «пособничество преступному сообществу лицом, не являющимся участником преступного сообщества» в отношении Зелениной заключается  в том, что, не являясь участником преступного сообщества, подобное пособничество она могла бы совершить только в отношении конкретных преступлений, вменяемых преступному сообществу, то есть в отношении контрабанды или сбыта наркотических средств. Однако составлением научного письма невозможно способствовать ни контрабанде, ни сбыту. Контрабанде способствовать нельзя, потому что научные письма не входят в перечень документов Таможенного кодекса. Сбыту способствовать нельзя, потому что научное письмо не является значимым документом для каких-либо органов власти. Это не заключение эксперта, не какая-то официальная бумага. Это ответ на вопрос научно-познавательного характера. Никого ни к чему это письмо не обязывает, соответственно поспособствовать сбыту оно не могло. Поэтому составление научного письма не может быть квалифицировано как пособничество преступному сообществу лицом, не являющимся участником преступного сообщества».

Далее адвокат Михаил Голиченко пишет: — «Несостоятельность конструкции «превышение должностных полномочий» в отношении Зелениной заключается в том, эта конструкция применима только если обвиняемый является должностным лицом. Определение должностного лица дано в Уголовном кодексе и Зеленина, как ученый-химик и заведующая лабораторией НИИ под него совершенно не подпадает. Она не является представителем власти – то есть не обладает обязательными для неопределенного круга лиц полномочиями; она не выполняет каких-либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций, с которыми бы могли быть связаны действия по составлению научного письма. Зеленина  составляла письмо как ученый, и в нем содержалось именно научное мнение, а не какое-либо распоряжение, приказ, заключение или иное проявление должностных полномочий. То есть вменяемые Зелениной  действия не являются преступлениями в соответствии с уголовным законом».

Ольга Николаевна, отвечая на мои вопросы по пищевому маку, пояснила мне:

— «Пищевой мак – продукт состоящий, главным образом (более 99%),  из семян растения Мак снотворный Papaver somniferum L..  В процессе сбора семян и очистки их от сорной органической примеси  не удается полностью избавиться от других частей растения мак. Как результат в пищевом маке может содержаться до 0,2% сорной примеси, включающей, среди прочего, и маковую солому. Согласно Единой конвенции ООН «О наркотических средствах»  маковая солома не является наркотиком. Но в России она включена в Список 1 Перечня  наркотических средств и психотропных веществ. ФСКН с момента своего создания начала борьбу с пищевым маком, назвав его наркотикосодержащей смесью. Это было выгодно, поскольку тонны мака легким росчерком пера превращались в тонны наркотика лишь потому, что  в постановлении Правительства № 681 проведена подмена понятия «препарат» понятием «смесь». Эксперты ФСКН всегда, если был заказ, находили в маке маковую солому и/ или морфин, на этом основании они называли пищевой мак наркотиксодержащей смесью. Обвиняли предпринимателей в том, что они торгуют не пищевым маком, а смесью, содержащей наркотики. Людей отправляли в тюрьму, а следователи и их начальники получали награды и повышение по службе».

Здесь я выскажу свое интересное замечание по этому поводу —  получается, что российский правоохранитель решил приказать растению мак стать полностью безнаркотическим растением. То есть ФСКН запретила этому растению содержать в себе морфин, как будто растения могут подчиняться приказам генералов. Вот видите, до какого маразма мы дошли, и мне вот такие элементарные вещи необходимо объяснять людям на страницах своей статьи.

Мы также знаем, что наркоманы, чтобы привести себя в состояние эйфории, употребляют бензины, растворители, клеи, жидкости для мытья унитазов, таблетки от сердца. Указанные вещества, подобно пищевому маку, не внесены в список наркотических средств и прекурсоров.

Однако, продолжим. Итак, следователя и его «подельников по цеху» такие вопросы не волновали, и ФСКН ожидало от Ольги Зелениной, и в общем-то от всего НИИСХ только нужных самому ФСКН выводов, но ни как не научно обоснованных писем. Это же очевидно. Здесь можно даже предположить, что посредством уголовного дела в отношении Ольги Зелениной ФСКН вынуждало научный институт идти на фальсификацию научных материалов. Исходя из вышеизложенного, я бы предложил прокуратуре, СК, ФСБ заняться теми следователями ФСКН, которые и возбуждали это уголовное дело.

Почему не проведена была проверка в отношении следователей? Я публично требую проверки в отношении указанных лиц. Вот как только уголовное дело в отношении бывших следователей возбудят, так сразу все встанет на свои места.

А может ли научное письмо быть полезным для мафии, торгующей наркотиками? В смысле познавательном научные письма может быть и полезны для кого-то, но ведь такие письма не являются документом, обязательным к исполнению, и потому, никакая мафия не может предъявить научную статью, письмо или даже отчет института  в свою защиту.

Ну, представьте себе преступного авторитета, который будучи пойманным  полицейскими с крупной партией героина, размахивает перед ними письмом, содержащим научную информацию  о разовых дозах  героина? Вы считаете, что письмо может напугать следователя или быть поводом для оправдательного приговора в отношении какого-нибудь торговца наркотиками? Я так не думаю.

А вот если судебный эксперт, установив, что анализируемое вещество, к примеру, тяжелый синтетический наркотик, или там марихуана из Киргизии, является полезным для организма или, пусть даже, не опасными для человека, вот тогда – да, здесь мы можем говорить о пособничестве «преступному сообществу лицом, не являющимся участником преступного сообщества». Но, Ольга Зеленина не судебный эксперт. И она мак Шилова не анализировала, о качестве конкретной партии пищевого мака заключений не делала, безопасность для здоровья человека употребления в пищу семян мака с наркотическими средствами не декларировала.

Кстати, несут ли действия Ольги Зелениной какую-то опасность обществу?

Порассуждаем и об этом. Итак, если наука утверждает, что в пищевом маке имеется морфин, пусть даже в ничтожных количествах, а также и то, что 100%-я очистка пищевого мака от сорной примеси не возможна, — значит ли это, что  ученые являются общественно-опасными элементами? Или сама химия с биологией являются общественно-опасными науками? Да, если биологию и химию признать лжеучением, несущим угрозу для человечества, то, разумеется, Ольга Николаевна преступник. Но пока биология и химия не запрещены, и Конституция не запрещает Ольге Николаевне  выражать свое мнение с точки зрения указанных наук.

С каких это пор научные статьи, проекты научных писем, сами научные письма, а также научные работы стали вдруг запрещенным материалом? Их кто-то засекретил? Нет. В таком случае, каким образом следствие вменяет  проект письма Ольги Зелениной в ракурсе угрозы для общества? Получается, по логике обвинения, что любая научная публикация, в которой ученый обозначил проценты вещества в каком-либо продукте, является общественно опасной публикацией. В таком случае, складывается прецедент, согласно которому скоро возможно будет привлекать к уголовной ответственности всех ученых, которые когда-либо публиковали или просто говорили о процентах тех или иных запрещенных веществ в тех или иных телах. Например – вы обозначили сколько наркотических веществ находится в хлебе – вы преступник.

В хлебе? — спросите вы. Да, в хлебе. Например, издание ncbi.nlm.nih.gov опубликовало статью, авторами которой являются Паола Брессан и Питер Крамер из Университета Падуи. Так вот эти самые ученые утверждают, что при переваривании хлеба формируются опиаты. «Опиаты из клейковины, гораздо сильнее, чем полученные из молочных продуктов. Возможно, это химическое воздействие на мозг и привело к широкому распространению зерна  (http://dom-restoran.com.ua/akkyratno-hleb-sviaz-psihicheskih-zabolevanii-s-narysheniiami-pishevareniia).

И вот тут я улыбаюсь и думаю, — попадись хлебопеки следователю ФСКН и он бы упрятал всех за решетку, а ученых из Падуи объявил пособниками наркоторговцев.

А в каких продуктах содержится морфин, – спросите вы. Я отвечу, — морфин имеется во всех продуктах питания, в которых содержится пищевой мак. К примеру – в миндале есть морфин. И что? Весь миндаль, которым торгуют в магазинах и на рынках, объявить запрещенным наркотиком, упрятав в тюрьму всех продавцов, поставщиков и производителей этого продукта? Следователь ФСКН может быть так  и сделал бы, но я обращаюсь к сотням тысяч сотрудников прокуратуры, МВД, ФСБ и других служб – прислушайтесь к голосу разума, а не к фантазиям тех, кто решил, что он может теперь «отдавать приказы самим растениям»……

Согласитесь, — вся трудность как раз в том, что отсутствие состава преступления в деяниях Ольги Зелениной не является новостью для прокуроров, принимающих участие в судебном процессе. Они знают, как я полагаю,  что ученая не виновна. Но и с другой стороны, – им приходится выступать на судебном процессе в качестве обвинителей. Да, уголовное дело возбуждали следователи ФСКН, которые, как я и утверждал ранее, это уголовное дело состряпали в отношении ученой. Это понятно любому здравомыслящему человеку. Но что делать теперь самой Ольге Николаевне? Она говорит:

— «Я уже больше пяти лет лишена дома, мужа, внуков, работы».

Получается, что одна палка в статистике прокурора важнее теперь человеческой жизни? Получается, что так?

********

Ну, а теперь предлагаю всем рассмотреть материалы защиты, которая указывает суду на несостоятельность обвинения в отношении Ольги Зелениной.

И так, смотрим материалы защиты:

1. Не указано, когда и где Шилов С.Я. привлёк Зеленину О.Н., каким образом, нарушая им же установленные «принципы конспирации», Шилов информировал Зеленину о существовании преступного сообщества, его структуре, целях и задачах.

2. Как и прежде не указано, какие советы, информацию Зеленина предоставляла преступному сообществу, какие препятствия и каким образом устраняла.

3. При описании фабулы преступлений, предусмотренных ч.1 ст.286 УК РФ, следователь, указав, что должностные обязанности Зелениной О.Н. установлены Должностными инструкциями и Трудовым договором, не указал, какие именно права она превысила, какие статьи, части или пункты соответствующих правовых актов или внутренних актов института нарушила.

4. Мотивом превышения должностных полномочий Зелениной О.Н. в обвинительном заключении указана корыстная и иная личная заинтересованность. При этом следователь не привел доказательств наличия мотива превышения должностных полномочий, в том числе и личной заинтересованности.

5. Следователь, утверждая что «Зеленина О.Н… умалила авторитет и деловую репутацию государственного научного учреждения — ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии, и всего научного сообщества России, поставив под сомнение чистоплотность и объективность труда научного работника России, дискредитируя конкретное вышеуказанное научное учреждение России и результаты его работы в области государственных программ … существенно нарушила права и законные интересы данной организации», не только не привел доказательств умаления авторитета и нарушения прав ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии, но и умышленно сокрыл факт обращения трудового коллектива института в органы государственной власти в защиту Зелениной О.Н..

6. Утверждая, что Зеленина О.Н. составила лженаучный документ, следователь не представил заключения эксперта, подтверждающее вывод о лженаучности письма № 275, подготовленного ею в порядке исполнения своих трудовых обязанностей.

7. Утверждение следователя о «недостоверности и наукообразности обоснования» выходят за рамки компетенции и компетентности следователя. Утверждение о действующих стандартах «для семян пищевого мака» является ложным. Обвиняя Зеленину О.Н. в даче оценки заключений химических судебных экспертиз, а также в постановке под сомнение достоверности их выводов, следователь вторгся в сферу конституционных прав ученой, предусмотренных статьей 29 Конституции РФ, и при этом исказил содержание письма Пензенского НИИСХ, которое не содержит никакой критики заключений химических судебных экспертиз.

8. Утверждая, что «данное письмо Зеленина О.Н. обманным путем подписала у директора ГНУ Пензенского НИИ Сельского хозяйства Россельхозакадемии Смирнова А.А.», следователь не указал место, время и способ совершения обманных действий.

9. Утверждая, что «письмо № 275 от 29 сентября 2011 года Шилов С.Я. использовал для обеспечения безопасности противоправной деятельности сообщества при проведении проверочных мероприятий контролирующими органами, а также в случаях выявления правоохранительными органами преступлений и привлечения соучастников к уголовной ответственности», следователь не только не указал причинно-следственную связь между моими действиями по составлению проекта письма и использованием этого письма Шиловым, но и вошел в противоречие с материалами дела, согласно которым письмо № 275 не предоставлялось ни в Брянскую таможню (том 211 л.д. 240), ни в территориальные органы ФСКН (том 114 л.д. 124, том 114 л.д. 125, том 114 л.д. 83, том 114 л.д. 102, том 114 л.д. 103-105; приложение 1).

10. Кроме того, следователь не указал, кто из представителей власти и на каком законном основании принял решение, руководствуясь письмом Пензенского НИИСХ № 275, заведомо не имевшим нормативной силы, а также какое это было решение и какая норма закона при этом была нарушена.

11. Утверждая, что «Шилов С.Я. предоставил данное письмо в уголовное дело № 40072 с целью опровержения имеющихся в деле судебных экспертиз о наличии в партиях мака № 020 и № 021 наркотических средств и, таким образом, возврата изъятых наркотических средств и легализации их дальнейшего незаконного оборота преступным сообществом», следователь не указал, какие конкретные фразы письма опровергают установленное экспертами наличие естественных наркотических средств в пищевом маке, какие именно судебные экспертизы по делу № 40072 были раскритикованы в письме, какую конкретно норму права нарушил Шилов С.Я., реализуя свое конституционное право свободно искать, получать, передавать и распространять информацию, ставшую известной ему из переписки с директором ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии.

12. Утверждая, что «Зеленина О.Н. осознавала, что письмо № 275 и содержащаяся в нем заведомо недостоверная информация будут использованы преступным сообществом в случае возбуждения уголовного преследования в отношении участников преступного сообщества для влияния на принимаемые процессуальные решения с целью уклонения от уголовной ответственности и возвращении наркотических средств в оборот», следователь не привел законоположений, согласно которым разъяснительные письма НИИ могут использоваться какими либо органами государственной власти и их должностными лицами для принятия любых процессуальных решений. Кроме того, следователь не привел доказательств утверждаемого «осознавания» мною именно этой цели.

13. Утверждая, что «Зеленина О.Н. организовала подписание данного письма директором института посредством злоупотребления доверием, введя его в заблуждение относительно его истинного содержания, не относящегося к компетенции института», следователь не привел доказательств «организации подписания», факты «злоупотребления доверием», введения директора в заблуждение, и тем самым следователь породил весомые сомнения в дееспособности руководителя института.

14. Утверждая, что «Зеленина О.Н., являясь с сентября 2006 года заведующей лабораторией биохимических анализов… являлась должностным лицом указанного государственного учреждения», следователь не указал, что должностные полномочия заведующей лабораторией Зелениной О.Н. в имевших место правоотношениях не носили властного характера по отношению к персоналу лаборатории, а потому, подготовка проекта письма по распоряжению директора института не могла породить признаки преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ.

15. Утверждая, что Зеленина О.Н., «не имея на исполнении в личном или во вверенном ей структурном подразделении предусмотренных планом заданий ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии договорных обязательств; — возможных задач, вытекающих из её текущей профессиональной деятельности; — личных поручений руководства ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии; — юридических оснований (приказа) наделявших её полномочиями специалиста для дачи заключений и показаний в уголовном судопроизводстве, консультаций и разъяснений от имени ГНУ Пензенский НИИСХ Россельхозакадемии», следователь сокрыл тот факт, что статус специалиста был мне присвоен в соответствии со ст. 58 волевым решением следователя, подтверждением чего является протокол моего допроса в качестве процессуального специалиста (том 114 л.д. 67-75).

16. Утверждая, что Зеленина О.Н. самовольно присвоила себе статус специалиста в рамках расследуемого уголовного дела № 10197160, следователь проигнорировал содержание ч. 1 ст. 58 УПК РФ, согласно которой специалистом является «лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, …, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию». Согласно ст. 168 УПК РФ СЛЕДОВАТЕЛЬ привлекает специалиста и перед началом следственного действия, в котором участвует специалист, удостоверяется в его компетентности», что имело место быть в данном случае (том 114 л. д. 67-75).

17. Утверждая, что Зеленина О.Н., «взяв на себя не свойственные её правовому положению и статусу научного работника в области сельского хозяйства функции, превысив в силу вышеизложенного свои должностные обязанности, действуя из вышеуказанных соображений и мотивов, самовольно присвоив себе статус специалиста … подготовила … «Заключение специалиста» № 241 от 07.09.2010, …передала данное «Заключение специалиста» адвокату Андреевой Н.В. для последующего использования в уголовном судопроизводстве стороной защиты», следователь не указал норму уголовного закона, согласно которой высказывание мнения процессуального специалиста в области семеноводства и селекции образует состав преступления.

18. Утверждение следователем того, что «В период с октября 2010 года до 26 декабря 2011 года Зеленина О.Н. … будучи финансово мотивированной Шиловым С.Я., то есть за денежное вознаграждение, для оказания ему содействия, …26 декабря 2011 года прибыла в территориальный орган следствия Управления ФСКН России по Воронежской области, по адресу: 394030, город Воронеж, ул. Средне-Московская, д. 88», является заведомо ложным: в материалах дела не отражен факт пребывания Зелениной О.Н. в г. Воронеж. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, что Зеленина О.Н. финансово мотивирована Шиловым С.Я.

19. Утверждение следователем того, что «Действиями Зелениной О.Н. была создана предпосылка нарушения государством своей обеспечительной функции — ограждение граждан от криминальных посягательств, в том числе по категории преступлений, посягающих на здоровье населения и общественную нравственность, в перечень которых входят преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, а так же создание благоприятных условий жизнедеятельности граждан, гарантированные также общепризнанными принципами и нормами международного права, чем существенно нарушила охраняемые законом интересы общества и государства», не имеет под собой оснований и не подтверждено какими – либо доказательствами утверждаемого.

20. Следователь проигнорировал тот факт, что в постановлении заместителя прокурора Фокинского района г. Брянска от 6.04.2011 г., вынесенном за 175 дней до подписания письма Пензенского НИИСХ № 275, была предписана необходимость прекратить производство по уголовному делу № 40072 (т. 94 л. д. 28-29).

21. Следователь сокрыл тот факт, что постановление старшего следователя СО УФСКН РФ по Брянской области майора полиции Наумовой О.Л. о прекращении уголовного дела № 40072 по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ было вынесено 29.04.2011 г., за 162 дня до подписания письма Пензенского НИИСХ № 275 (т.94 л. д. 33-36. приложение 2).

22. Следователь проигнорировал тот факт, что в постановлении от 20.05.2011 года, вынесенном за 134 дня до подписания письма Пензенского НИИСХ № 275, заместитель начальника СО УФСКН РФ по Брянской области подполковник полиции Орлов А.Г. установил, что «в действиях представителя ООО «МКМ» Шилова В.Я. отсутствует обязательный признак состава преступления, а именно субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 188 УК РФ, т.е. прямой умысел на совершение данного преступления. Так, Шилов В.Я. объективно не знал и не мог знать о том, что в семенах растения рода Мак, поступивших в адрес ООО «МКМ» от компании «Алкалибер С.А.», в качестве примесей содержатся наркотические средства морфин, кодеин, тебаин в НИЧТОЖНО МАЛОМ количестве, тем самым не мог осознавать общественную опасность своих действий, предвидеть возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желать их наступления» (том 94, л. д. 38-41).

23. Следователь проигнорировал тот факт, что старший следователь по ОВД СО УФСКН по Брянской области майор полиции Елинский В.Е. 20.06.11 г. (за 102 дня до подписания письма Пензенского НИИСХ № 275) вынес Постановление о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Он установил следующее: «Так, Шилов В.Я. объективно не знал и не мог знать о том, что в семенах растения рода Мак, поступивших в адрес ООО «МКМ» от компании «Алкалибер С.А.», в качестве примесей содержатся наркотические средства морфин, кодеин, тебаин в НИЧТОЖНО МАЛОМ количестве, тем самым не мог осознавать общественную опасность своих действий, предвидеть возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желать их наступления» (том 94, л. д. 45-46). 5.08.2011 г. уголовное дело № 40072 было возвращено в г. Брянск после проверки в Следственном департаменте ФСКН России. Замечаний не было (том 94, л. д. 49).

24. Следователь проигнорировал тот факт, что Елинский В.Е., старший следователь по ОВД СО УФСКН по Брянской области, майор полиции 03.05.2012 г., вынося постановление о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, принял решение об уничтожении партий пищевого мака, сославшись именно на письмо Пензенского НИИСХ, в котором было указано, что «в России не существует оборудования по полной очистке семян мака масличного от примеси наркотических средств» (том 94, л. д. 54-55).

25. Следователь проигнорировал толкование ст. 286 УК РФ, в той части, что «Действия пособника, не знавшего о том, что другие участники преступления действуют в составе организованной группы, не могут квалифицироваться как пособничество в преступлении, совершенном организованной группой» .

26. Внеся в обвинение фразу «Кроме того, Шилов С.Я., оспаривая процессуальное решение органа предварительного следствия об уничтожении вещественного доказательства — ввезенного контрабандным путем на территорию России партии семян мака, использовал полученные … аргументы и мнение государственного научного учреждения для возврата данной контрабандной партии товара по принадлежности, при следующих обстоятельствах:- при рассмотрении 20.12.2011 в Советском районном суде г. Брянска жалобы от имени ООО «МКМ» на решение органа следствия об уничтожении вещественного доказательства;- при рассмотрении 02.03.2012 в Судебной коллегии Брянского областного суда кассационной жалобы, доводы которой частично дословно повторили содержание Письма № 275 от 29 сентября 2011 года ГНУ Пензенского НИИСХ Россельхозакадемии, на постановление Советского районного суда г. Брянска от 20.12.2011; при повторном рассмотрении 11.04.2012 жалобы в Советском районном суде г. Брянска жалобы от имени ООО «МКМ» на решение органа следствия об уничтожении вещественного доказательства, в результате чего, в том числе, судом были учтены доводы заявителя, а решение органа следствия в части уничтожения вещественных доказательств признано незаконным и необоснованным, а так же подлежащим к устранению допущенных нарушений», следователь поставил под сомнение компетентность судей Брянского суда, которые руководствовались не письмами НИИ, а законом (ст. 17 УПК РФ). Более того, следователь проигнорировал сохранение юридической силы решения, принятого Брянским судом.

27. Утверждение следователем того, что «в результате действий Зелениной О.Н., совершенных по факту подготовки, составления и направления Письма № 275 от 29 сентября 2011 года от имени ГНУ Пензенского НИИСХ Россельхозакадемии в адрес генерального директора ООО «МКМ» (г. Москва) Шилова С.Я., содержащего сведения, не входящие в компетенцию указанного научного учреждения, а также ложные сведения, то есть являющегося лженаучным документом, орган следствия и суд были введены в заблуждение относительно предмета расследуемого уголовного дела № 40072 и установления истины, действиям фигурантов дела была дана неверная оценка, а само уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления, тем самым было нарушено нормальное функционирование осуществления уголовного судопроизводства и отправления правосудия, является голословным, ложным, умаляющим деловую репутацию судей Брянского областного суда, прокуроров Фокинского района г. Брянска, следователей УФСКН РФ по Брянской области.

28. Утверждение следователя, что «действиями Зелениной О.Н. была создана предпосылка нарушения государством своей обеспечительной функции — ограждение граждан от криминальных посягательств, в том числе по категории преступлений, посягающих на здоровье населения и общественную нравственность, в перечень которых входят преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ; а так же создание благоприятных условий жизнедеятельности граждан, гарантированные также общепризнанными принципами и нормами международного права, чем она (Зеленина О.Н.) существенно нарушила охраняемые законом интересы общества и государства. В нарушение Концепции Национальной Безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 17 декабря 1997 года № 1300 (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 10 января 2000 года № 24), а так же посягнула на устои и интересы государства, состоящие в том числе, в безусловном обеспечении законности и поддержании правопорядка, создала своими действиями предпосылки угрозы национальной безопасности государства, выражающиеся в криминализации общественных отношений, росте организованной преступности, создающие в частности внутреннюю угрозу национальной безопасности страны, а так же угрозу физическому здоровью нации, одним из критериев которой в соответствии с указанной концепцией, является рост потребления наркотических веществ, а кроме того, своими действиями создала условия, ущемляющие обеспечение национальной безопасности, одним из постулатов которой, в соответствии с требованиями указанной концепции, является неукоснительное и строгое соблюдение мер, направленных на предотвращение и преодоление угроз национальным интересам России всеми хозяйствующими субъектами, должностным лицом одного из которых она является, чем существенно нарушила охраняемые законом интересы общества и государства» не имеют под собой правового и фактического обоснования.

29. Следователь не учел, что при квалификации деяний, предусмотренных ст. 286 УК РФ, обязательно наступление общественно опасных последствий, которые обозначены законодательно как “существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства”. Следователь не указал, какие именно последствия наступили и какие интересы граждан были нарушены, поскольку, согласно обвинению, письмо лишь «создало предпосылку нарушения государством своей обеспечительной функции…».

Наступившие последствия должны находиться в прямой причинно-следственной связи с совершенными должностным лицом действиями (бездействием). Без наступления этих последствий преступления нет, а имеет место только должностной проступок, состоящий в конкретном превышении полномочий.

Отсутствие прямой причинной связи превышения полномочиями с указанными выше вредными последствиями исключает уголовную ответственность должностного лица. Кроме того, статья 286 УК РФ неподследственна  органам ФСКН и не находится в причинно-следственной связи с деяниями контрабанды наркотических средств, вмененными ОПС.

(В статье использован материалы стороны защиты в деле №2-2/2017, рассматриваемом  в Брянском областном суде)

 

P.S.:  Требую от СК, ФСБ провести проверку в отношении лиц, возбудивших уголовное производство в отношении гражданки Зелениной О.Н., а также лиц, принимавших участие в следственных действиях по ее делу. Обвинение не может ответить на вопросы, указанные в статье, а потому есть все основания полагать, что следователи построили всю конструкцию обвинения в отношении гражданки Зелениной О.Н. на несуществующих фактах. Также прошу Президента РФ и Государственную Думу РФ взять под свой контроль проведение проверки в отношении указанных лиц. Моя статья находится в свободном доступе и опубликована в СМИ, —  прошу считать мою статью публичным заявлением, которое является основанием для привлечения следователей к уголовной ответственности.

 

Источник